«Я оставляла их еще такими детьми, а застала взрослыми и чужими мне людьми» История заробитчанки вызвала бурную дискуссию

30.10.2017
«Я оставляла их еще такими детьми, а застала взрослыми и чужими мне людьми» История заробитчанки вызвала бурную дискуссию

В сети вызвала бурную дискуссию исповедь украинского заробитчанки Марии Чумало со Львовщины, которая рассказывает о том, как длительное отсутствие в родной стране ради обеспеченного будущего детей лишила ее семьи.

Обсуждение развернулось под постом основателя Украинского института будущего Юрия Романенко в Facebook, передает Коррупция.Инфо.

Поделившись историей женщины, он отметил, что, по его мнению, воспитание детей требует личного участия, поэтому, если человек не делает этого, то пенять может только на саму себя.

Популярное: "Окончательно отказались от планов": стало известно о состоянии пострадавшей беременной женщины в харьковской ДТП, врачи сделали невозможное

"Вообще, в этой ситуации ярко видно классическую украинскую установку" для детей ", под которой подразумевается героическая самопожертвование, которую затем чада должны ценить. А реальность проста: во-первых, глупо сводить жизнь к одним детей, поскольку если ты сам не ценишь свою жизнь, то как дети научатся ценить твое? Во-вторых, глупо ожидать, что дети будут смотреть на мир и тебя твоими глазами, если 10 лет они тебя не видели и их мировоззрение формировали другие люди. Поэтому, неудивительно, когда родители ожидают обратного в надежде, что деньги могут компенсировать участие в воспитании ", — отмечает Романенко.

По его мнению, героиня исповеди потеряла все, что имела, потому что выбрала для себя в жизни неправильную роль спасительницы и не решилась в корне изменить свою жизнь.

Стоит отметить, что в комментариях под постом мнения разделились: одни люди обвиняют ее в потере доверия детей и в привыкании жить без них, что характерно многим трудовым мигрантам (некоторые вообще отмечает, что дети просто выросли, а не отказались от матери), а другие Чумало жертвой ситуации.

"Она бросила детей. А теперь ждет любви от них "," Дети выросли и у них началась своя жизнь. Абсолютно все то же самое могло бы быть, если бы осталась иметь в Украине "," Знаю таких работниц, кстати много. Пожив в Италии, понимают, что здесь жить гораздо лучше, чем в Украине, и убеждают себя, что теперь надо заработать на обучение детям, потом на квартиру, потом на внуков. Кто-то находит себе мужа-итальянца, мне не сильно их жалко. Одной такой-то сказала: "Возвращайся, ты со своей профессией найдешь работу дома, и дети соскучились". Так нет, не хочет, а на детей жалуется, что не радуются ее редким появлениям дома ".

"Деньги никогда не заменят общения, доверчивые беседы, советы родителей. В конце концов ребенок просто нуждается в любви и поддержки. А в наше время это не так уж и трудно, даже если вы далеко "," Если она так любит семью и бьется как рыба об лед, чтобы всем ее обеспечить, то почему за эти годы не могла выбраться, чтобы посетить ее — не такие уж и дорогие билеты эконом-класса, чтобы хотя бы раз в год или через год посещать семью. А то так вот зайти и дочку не узнать, потому что давно не видела — как-то не верится в горячие чувства матери ", — отмечают те, кто критикует заробитчанку.

 

Ниже приводим полный текст проникновенной исповеди заробитчанки Марии Чумало без изменений.

Ради родных я бы горы свернула. За границу поехать меня заставили бедность. Мужчина-алкoгoлик, кадровое сокращение на заводе. Как жить? А дети подрастали i требовали поддержки. Заработать деньги на все было трудно. А ради родных я бы горы свернула. Поэтому и поехала за моря. Первый год заработков без родных, без детей был тяжелым. Каждый день я слонялась скулами Италию в поисках работы. На выезд заняла немалую сумму. Ее надо было вернуть. Ночью в чужой квартире в чужой стране мне не удавалось глаз сомкнуть.

Было неудержимое желание позвонить домой — там дочь i сын, старушка седая мать. Хотелось услышать их: "Мама, мы тебя любим i ждем домой!» Но, к сожалению, не было возможности. На такую ​​роскошь не было ни копеечки. Днем убирала барские дома, вечером в ресторане официанткой преподносила тем господам ужин на пидносi.

Когда слышала голос детей, то была единственная радостная миг. Сначала звонила только раз в две недели, потом чаще. Всю неделю я жила только одной минутой, когда услышу своих детей. Вся в работе, с тряпками i подносами в руках, я забыла об украинских нищета, привыкла к чужбине i презрительных взглядов чужих мне людей, которые платят деньги.

Чтобы поехать домой, работала 5 лет. Ведь выбраться из чужой страны можно, только официально устроившись на работе. А я работала в итальянских синьйорiв. Если бы поехала к детям, то уже никогда не вернулась в Италию во второй раз. Для меня это означало вернуться к нищете i полуголодных украинских будней. Поэтому и не приезжала. Но каждый месяц из своей зарплаты половину суммы я высылала детям i маме на жительство. Хотела, чтобы они ни в чем не знали отказа.

Между тем человек совсем спился, водка украла его у меня. Так продолжается до сих пор. Сколько ни пробовали вылечить — ничего не удавалось. Употреблять спиртное он начал также не от хорошей жизни не меда. Когда нас сократили с завода, я поехала за границу, а он обратился к рюмке. Вот почему так? Почему женщины все должны тянуть на себе?

"Мама, не уезжай!". После долгих 5 лет я наконец ступил на родную землю i готова была ее целовать. Меня встретили родственники и дети. Ту радость я помню до сих пор. Слезы, тогда лились из моих глаз, были как никогда сладкими. Так плакаты была готова всю жизнь. Моя дочь как раз заканчивала школу, а сын женился. Дениска привел в дом молодую беременную жену, поэтому скоро я стану бабушкой!

Моя Даша была красивейших выпускницей в школе. Хорошая темноволосая девочка, стройная i звонка. Помню, еще с детства виспiвувала куклам колисковi. Приятно удивила меня своей нежностью i турботливiстю. Я впервые поняла, что она выросла.

Но время на родной земле прошел так быстро, что и оглянуться не успела. Я имела лишь месяц отпуска. Каждое утро вспоминала, что следует возвращаться на чужбину, чтобы заработать денег, вывести в люди дочь, изучить мою любимую Дариночка.

В день моего отъезда все плакали. Больнее было смотреть в глубокие, мокрые от слез глаза дочери. Она за месяц успела привыкнуть к маминому тепла i заботы, без которого росла с двенадцати лет. Но теперь дочь почти взрослый, а я еще немного поработаю, чтобы она жила как люди. "Мама, не уезжай!» — умоляла она. Но я считала, что должен. Вырастет, то и спасибо. Уже в автобусе, который вез меня в Рим, я подумала, что поддерживаю детей материально, но низшую морально. I так мне было горько, что готова была выпрыгнуть i вернуться к детям. Не вернулась.

Только приехала в Италию во второй раз, из дома начали поступать печальные известия. Мама слегла, не встает. Но ей нужны лекарства, i я, стиснув зубы, работала. I молилась, чтобы мама выздоровела, не покинула нас. Но через три месяца мама помepла, дети потеряли свою бабушку. А она так о них заботилась, так их любила. Уже тогда я знала, что все будет по-другому.

Впрочем, жизнь продолжалась. Дочь поступила в университет. Поехала в большой город. Каждый месяц я высылала ей деньги на аренду квартиры, на обучение, одежду, на все, что просила. Но со временем суммы увеличивались. Ей все мало i мало. Когда я звонила, то на другом конце было слышно радость i шум компании.

А потом Дениска рассказал, что моя дочь куpить, пьет алкoгoльни напитки, имеет много друзей, домой приезжать даже не думает. Услышав такую ​​весть, думала сразу ехать домой, спасать ребенка. Но это не выход! Даша взрослая, не по руку же ее держать? Что я сделаю, когда даже рядом буду? Я подумала, что это все пройдет. Молодая еще, неопытная, а здесь — большой город с его соблазнами. Кто же не хочет веселой студенческой жизни? Нет, моя Дарья не такая, она не собьется с дороги.

Но я все равно волновалась. Часто звонила дочери, расспрашивала. Но разве это настоящая разговор? Я не вижу ее глаз, слышу только радостный голос. Впоследствии наши разговоры стали редкостью. Дарья не пиднiмала трубки, не отвечала на мои вопросы, все отмалчивалась.

В аэропорту никто не встретил. Так прошло еще пять лет. Десять долгих лет я провела на чужбине. На риднiй земли за все время была только раз, когда моя дочь заканчивала школу. Тогда это еще совсем малое девчонка было моим. Дарья ждала приезда, приветливо щебетала и обнимала меня. Так крепко i нежно, как только может занимать дочь свою дорогую мамочку. В этом году я уже решила возвращаться домой навсегда. Как есть копейка, хоть i не так много, как хочется, но проживем!

Ждала в аэропорту на родных. Всех встречали теплыми объятиями, а я стояла одна-самiсинька. Тогда лил холодный дождь i дул пронизывающий ветер. У меня на сердце было так же. Не знала, куда деваться. Самостоятельно добралась домой. Здесь i сын с женой, i внук. У них своя семья. Мамы уже никому не надо. Все о себе заботятся.

Дочери дома я не застала. На следующий день ее тоже не было. Вдруг сын i рассказывает, что она уже полгода домой ни ногой не ступала. Я, взволнованная, собралась ехать к ней. Думаю, сразу и посмотрю, на что давала столько денег, заработанных тяжелым трудом i потом. Дверь открыла стройная девушка с растрепанными волосами. Я не узнала своего ребенка! Сначала хотела убедить себя в том, что ошиблась домом. Ан нет — это моя Дарья. А она молча смотрела на меня несколько секунд, а потом спросила: "Вы кто?" Я не могла поверить — родная дочь меня не узнает! Неужели я так изменилась? А фотографии? Я посылала их!

Оказалось, что в Даши уже совсем другая жизнь. Свой быт i квадратные метры делит со взрослым мужчиной. Ему за тридцать. Работы у него нет — только подработка на будивництвi. Доченька только заканчивает университет. Впрочем, получит ли она диплом? На занятиях в последний раз была тогда, когда и в родной хате. По моему приглашению приехать домой i побыть немного с мамой не ответила. Уже не моя маленькая девочка нежно i ласково посмотрела на своего сожителя, мол, я его не оставлю. Я никогда не забуду того взгляда.

Не могу понять, как настал тот момент, когда я потеряла детей. До сих пор не знаю, куда делись мои малыши. Я оставляла их еще такими детьми, а застала взрослыми и чужими мне людьми. В тот вечер я не оставалась ночевать у дочери. Она и не просила. Дома я проплакала всю ночь, а на утро на моей голове стало седых волос. Такого заробитчанского хлеба не хочу больше никому. Расстояние разделяет родных людей, забирает семейные ценности, разрушает семьи. Не знаю, удастся ли мне когда-нибудь отыскать в Даринцi свою дочь. Ведь я сама ее оставила в то время, когда она так сильно нуждалась мамы.