У бывшего политзаключенного РФ Олега Сенцова пока нет ответа на вопрос, сможет ли Владимир Зеленский выстроить систему страны так, чтобы она стала новой, а не осталась ширмой для того, что происходит сейчас, об этом он рассказал в интервью, изданнию Новое время.

«Меня часто спрашивают, что я думаю о президенте Зеленском. Главное, что я о нем понял пока, что в своих намерениях он искренен. А таких искренних президентов у нас еще не было. Он делает вещи, может, даже не ложные, а неожиданные . Его критикуют. Вопрос в том, насколько он сможет выстроить сейчас всю систему страны, будет ли она новой, или останется ширмой для того, что есть сейчас. Это главный для меня вопрос, и ответа на него у меня пока нет «, — заметил Олег Сенцов.

Как отметил экс-узник, Кремля — ​​Теперь я много общаюсь с европейскими лидерами — политическими, общественными, журналистами. Они по-прежнему готовы нам помогать, обеспокоены нами, как интеллигентные воспитанные люди озабочены проблемами безработных и бездомных. Но мы должны понимать простую вещь: кроме нас самих наши проблемы никто не решит.

Мне не нравится, что наша страна так часто при этом выступает в роли нищего. Мы просим: помогите, а сами будто ничего не должны. Но никто не сделает за нас домашнюю работу. Мы не должны сейчас проситься к ним за общий стол, мы должны достичь такого уровня, чтобы нас пригласили — вот ваше, садитесь к нам. Мы только начали перестраиваться, но у меня никогда не было романтических ожиданий, я оптимист: вижу цель, нужно идти. Пусть и трудно, долго, но мы дойдем.

/

Все свои выступления в Европе я посвящаю украинским политзаключенным и российской агрессии в Украине. Моя тюрьма — это прошлое, а у нас много нерешенных вопросов в будущем. Не забудьте, мы обменяли всех медийных политзаключенных, но у нас в русском плену еще под сотню никому не известных людей и минимум 227 на Донбассе. Сотни тысяч заложников в Крыму. И я с каждым человеком, от которого там хоть что-то зависит, об этом говорю.

Глобально я рассказываю о противостоянии с Россией. В Европе не понимают, что такое Россия, как полагает российский народ, у меня есть что рассказать. Об этом я говорил с Эммануэлем Макроном и с руководством ПАСЕ. Я всегда стараюсь выводить разговор в конкретику, ставить, возможно, неудобные вопросы.

С Макроном мы говорили долго. Я говорил о Путине, о России, спрашивал, понимает ли он, с кем имеет дело и каковы его истинные цели. Верит он ему. И да, он понимает, но и мы должны понять, что он президент Франции, а не Украины. У него свои задачи, сейчас он пытается стать локомотивом новой Европы. То же и с ПАСЕ, участники которой стремятся вернуть Россию в диалог и уверены в правильности этого решения.- резюмировал он.

Нам, украинцам, это не нравится, но нам придется работать с этим как с данностью. Мы можем устраивать демарши, можем тролить их в парламенте, но толку будет мало, от нас в мировой политике мало что зависит. И выход один: становиться сильнее. Потому что политика — это вещь достаточно циничная. Ты — мне, я — тебе. Мы тебе поможем — для чего? Чтобы ты мог помочь потом нам. Поэтому пока мы не станем сильными по-настоящему, когда с нами начнут считаться не только в военном плане, но и в экономическом, нам сложно предоставить нашему голосу веса.