Эксперт-криминалист программы «Следствие ведут экстрасенсы» Наталья Костылева вторую неделю занимается расследование убийства в Вишневка на Тернопольщине 17-летней девочки. На своей странице в Facebook она обнародовала копию ходатайства о применении меры пресечения в виде содержания под стражей несовершеннолетнего Василия Гнатюка — подростка из соседнего села, которого подозревают в убийстве, передает Коррупция.Инфо.

Популярное: «Прогульщики ..» Составили список депутатов, которые чаще всего пропускают заседания Верховной Рады. Угадайте кто там есть?

В документе, по словам эксперта, много неточностей.

«Протокол осмотра места происшествия, где, согласно которому выявлено зажигалку« Крикет »оранжевого цвета. По этой зажигалки, то полиция придумала целую историю. Но, как объявил господин Богомол на брифинге в минувший понедельник, ДНК жертвы и ДНК подозреваемого на зажигалке отсутствуют. Итак, можем сделать вывод, что такое доказательство не имеет силы и не является основанием для задержания мальчика.

/

Теперь дальше. В том же ходатайстве вторым пунктом доказательств является протокол осмотра одежды подозреваемого Гнатюка Василия, в ходе которого на брюках парня якобы обнаружены следы вещества бурого цвета. Для меня, как человека с опытом и высшим образованием, внимательно прочитала протокол допроса и пообщалась со свидетелями, остается непонятным следующее: как Василий, планируя, по версии полиции, умышленное убийство и сумев стереть отпечатки пальцев на так называемом орудии убийства, нашли полицейские возле тела, не додумался за целую неделю избавиться штанов? Удивительно да и только!

Интересным фактом является и то, что в Вишневецкий сельсовете долгое время стоял ящик с песком и кровью погибшей Ирины, там же происходили некоторые признание? Зачем это и не нанесли на одежду подозреваемого ДНР задним числом? », — написала Костылева.

Еще она вспомнила о «неопровержимые доказательства» против Василия — его признание. Но добавила, что все слышали, как в суде мальчик рассказал о пытках его полицейскими и угрозы семье.

«Как видите, прямых доказательств вины мальчика нет, но информационные вброс делают все возможное, чтобы убедить общественность в обратном», — резюмировала криминалист.

протокол(1)